Liber Liberi vel Lapidis Lazuli Adumbratio Kabbalae Aegyptiorum Sub Figura VII

Книга Либера или Лазурита

Очерк Каббалы Египтян
Описывает Сознательное Освобождение Свободного Адепта от его
Адептства. Это Слова Рождения Мастера Храма.
A. ‘.A. ‘.
Публикация Класса А.

Пролог нерожденного

1. Мое одиночество наполняется –

2. Звуком флейты, который доносится из сумрачных лесов, растущих на высоких холмах.

3. Они тянутся от бурной реки и теряются вдали.

4. И я замечаю Пана.

5. Вечные снега лежат высоко на вершинах –

6. До самых звезд доходит их аромат.

7. Но для чего мне это?

8. Для меня – только далекая флейта, неисчезающий образ Пана.

9. Глаза и уши внимают Пану;

10. Запах Пана проникает всюду, его вкус полностью наполняет мои уста, так что язык произносит причудливые и невероятные речи.

11. Его объятия воздействуют на все точки боли и удовольствия.

12. Интуиция пылает Его глубочайшей сутью,

13. И сам я бросаюсь в пропасть бытия.

14. Точно в бездну, в полное уничтожение.

15. Конец одиночеству, как и всему остальному.

16. Пан! Пан! Ио Пан! Ио Пан!

I

1. Мой Бог, как я люблю Тебя!

2. С яростным звериным желанием я преследую Тебя по всей Вселенной.

3. Ты стоишь и кажется, что это – высокая стена, защищающая город. А я – белая птица – опускаюсь на Тебя.

4. Ты – Мой Возлюбленный: я вижу тебя как нимфу, простирающую свои белые руки весной.

5. Она возлежит на мху; нет никого – только она одна:

6. Не Ты ли это, Пан?

7. Я – это Он. Молчи, О, мой Бог! Пусть работа свершится в тишине.

8. Пусть мой крик боли обернется маленьким белым оленем, который исчезнет в глубине леса!

9. Ты – кентавр, О, мой Бог, от фиалок, венчающих Тебя, до самых лошадиных копыт.

10. Ты тверже закаленной стали, и все меркнет в сравнении с Тобой.

11. Не отдал ли я это тело и душу?

12. Я добиваюсь Тебя с перерезанным горлом.

13. Пусть струя крови утолит Твою жажду кровопролития, О, мой Бог!

14. Ты – маленький белый кролик под покровом Ночи.

15. Я больше, чем лиса и нора.

16. Подари мне Свои поцелуи, О, Бог Всевышний!

17. Вспыхнула молния и поглотила маленькое стадо овец.

18. Есть язык и есть пламя; я вижу трезубец, несущийся над морем.

19. Один зубец впился в голову феникса, а два метят ниже. Они пронзают нечестивого.

20. Я проткну Тебя, О, маленький серый бог, если ты не будешь осторожен!

21. От серого к золотому; от золотого к тому, что больше, чем золото Офира.

22. Мой Бог! Только я люблю Тебя!

23. Почему Ты шептал такие двусмысленности? Не был ли ты напуган, О, Тот, Кто имеет козлиные копыта, Кто рогат, Кто подобен острию молнии?

24. Из молнии срывается жемчуг; из жемчуга – черные пылинки ничто.

25. Я основал все на одном, одно – на ничтожном.

26. Паря в небе, О, мой Бог, мой Бог!

27. О, Ты, великое скрытое солнце славы, раскрой эти веки!

28. Природа погибнет; она прячет меня, закрывая мои веки от страха, она прячет меня от моего Уничтожения, О, Ты, открой глаза.

29. О вечно рыдающий!

30. Не Исидой – моей матерью, не Осирисом – самим собой, но буду я ребенком инцеста – Гором, отданным Тифону!

31. Вот мысль; и эта мысль – Зло.

32. Пан! Пан! Ио Пан! Довольно.

33. Не думай о смерти, О, душа моя! Помни, что смерть – это ложе, с которого ты начинаешься!

34. О, как я люблю Тебя, мой Бог! Главное – есть резкий параллельный свет бесконечности, отвратительным образом рассеянный из-за тумана в этой голове.

35. Я люблю Тебя.
Я люблю Тебя.
Я люблю Тебя.

36. Ты прекрасен, Ты белее женщины в колонне этой вибрации.

37. Я вздымаюсь вертикально, словно стрела, и становлюсь тем, что Выше.

38. Но это смерть, это пламя погребального костра.

39. Взойди на этот костер, о, душа моя! Твой Бог, словно холодная пустота самых высоких небес, куда ты излучаешь свой слабый свет.

40. Когда Ты узнаешь меня, О, пустой Бог, тогда мое пламя полностью погаснет в Твоей великой N.O.X..

41. Чем Ты будешь, мой Бог, когда я перестану Тебя любить?

42. Ничтожеством, ничем, презренным отродьем.

43. Но! Я люблю Тебя.

44. Я бросил миллион цветов из Немыслимой корзины к Твоим ногам, я помазал Тебя и Твой Жезл маслом, кровью, и поцелуями.

45. Я разжег в Твоем холодном мраморе жизнь – ах! – смерть.

46. Я влюбился в запах Твоих уст, которые никогда не пьют другого вина, кроме жизни.

47. Как свежесть Вселенной очищает уста!

48. Ах! струящийся поток звезд матери Высшего, прочь!

49. Я – Та, которой пора было прийти, Девственница для всех мужчин.

50. Я – мальчик пред тобой, О, Бог-сатир.

51. Ты накажешь меня удовольствием – Сейчас! Сейчас! Сейчас!

52. Ио Пан! Ио Пан! Я люблю Тебя! Я люблю Тебя!

53. О, мой Бог, пощади меня!

54. Сейчас! Свершилось! Смерть.

55. Я прокричал слово – и это был могущественное заклинание, чтобы связать Невидимое, колдовство для того, чтобы развязать связанное; да, чтобы развязать связанное.

II

1. О, мой Бог! Имей меня снова, всегда. Навеки! Навеки!

2. То, что от Тебя изошло огнем, от меня исходит водой; позволь поэтому Твоему Духу овладеть мной, так, чтобы из моей правой рука изошла молния.

3. Путешествуя в космосе, я видел борьбу двух галактик, наскакивающих друг на друга, бодающихся подобно быкам на земле. Я испугался.

4. Так, что они прекратили драться и направились на меня, сокрушили и растерзали.

5. Лучше бы меня затоптал Мировой Слон.

6. О, мой Бог! Ты – моя маленькая домашняя черепашка.

7. А Ты все еще играешь роль Мирового Слона.

8. Я заползаю под Твой панцирь, словно любовник – в постель своей радости; Я заползаю и живу в Твоем сердце, таком милом и уютном, какое только возможно.

9. Ты прячешь меня, чтобы я не слышал рев Мирового Слона.

10. Ты не стоишь и обола на рыночной площади; но Тебя не купить и за цену целой Вселенной.

11. Ты – словно прекрасная нубийская рабыня, прислоняющаяся своим беззащитным пурпуром к зеленым мраморным колоннам, которые возвышаются над купальней.

12. Вино струится из ее черных сосков.

13. Не так давно я пил вино в доме Пертинакса. Мальчишка-виночерпий оказывал мне внимание и налил отличного сладкого хиосского вина.

14. Там был юноша-дориец, искусный борец и атлет. Полная луна сердито пробежала по выброшенным на берег водорослям. Ах! Но мы смеялись.

15. Я был ужасно пьян, О, мой Бог! Но Пертинакс повел меня на свадьбу.

16. В качестве подарка у меня был терновый венец.

17. Ты подобен козлиному рогу из Астора, О, Ты, мой Бог, – грубый, изогнутый и дьявольски сильный.

18. Вино, которое текло из него на меня, было холоднее, чем лед со всех ледников Лысой Горы.

19. Дикая местность и убывающая луна. Тучи, несущиеся по небу. Силуэты сосен и высоких тисов вдали. Ты – посреди всего!

20. О, вы, все жабы и коты, радуйтесь! Вы, слизняки, подползайте ближе!

21. Танцуйте, танцуйте для Бога нашего!

22. Он – это он! Он – это он! Он – это он!

23. Почему я должен идти дальше?

24. Почему? Почему? слышится внезапное причитание миллиона маленьких адских бесов.

25. И разносится смех.

26. Но Вселенную это не раздражает; не потрясает звезды.

27. Бог! Как я люблю Тебя!

28. Я иду по сумасшедшему дому; все мужчины и женщины вокруг меня -безумны.

29. О безумие! безумие! безумие! Ты – желанно!

30. Но я люблю Тебя, О, Бог!

31. Эти мужчины и женщины беснуются и завывают; они исходят слюной.

32. Мне становится страшно. Я не могу сдержать себя; Я – один. Один. Один.

33. Подумай, О, Бог, как я счастлив от любви к Тебе!

34. О, мраморный Пан! О, лживое, хитрое лицо! Я люблю Твои тайные поцелуи, кровавые и зловонные! О, мраморный Пан! Твои поцелуи – словно солнечный свет над Эгейским морем; их кровь – это кровь заката над Афинами; их зловоние похоже на сад Роз в Македонии.

35. Мне снился закат, розы и виноградники; Ты был там, О, мой Бог, Ты был словно афинская куртизанка, и я любил Тебя.

36. Ты – не сон, О, Ты, слишком хорош и для сна и для того, что происходит наяву.

37. Я разгоняю живущих на земле безумцев; я гуляю по саду в одиночестве с моими маленькими щенками.

38. Я – огромный Гаргантюа; вон та галактика – это всего лишь кольцо дыма от моих благовоний.

39. Возжигай Свои странные травы, О, Бог!

40. Юноши, сварите для меня магическое зелье из ваших взглядов!

41. Душа абсолютно пьяна.

42. Ты опьянел, О, мой Бог, от моих поцелуев.

43. Вселенная кружится; Ты взглянул на нее.

44. Дважды, и все закончилось.

45. Приди, О, мой Бог, и давай обнимемся.

46. Лениво, голодно, страстно, настойчиво; теперь я буду действовать.

47. И это будет Конец.

48. О, Бог! О, Бог!

49. Какой же я дурак, что люблю Тебя; Ты безжалостный, Ты сдерживаешь Себя.

50. Приди ко мне сейчас! Я люблю Тебя! Я люблю Тебя!

51. О мой дорогой, мой дорогой – Поцелуй меня! Поцелуй меня! Ах! И еще.

52. Сон, забери меня! Смерть, забери меня! Эта жизнь слишком полна; она причиняет боль, она убивает, этого достаточно.

53. Позволь мне вернуться в мир; да, в мир.

III

1. Я был жрецом Амона-Ра, в храме Амона-Ра в Тебаи.

2. Но появился поющий Вакх со своими девушками, обвитыми виноградной лозой, в темных накидках; и Вакх среди них – словно молодой олень!

3. Боже! Как я выбежал в бешенстве и разогнал этот хор!

4. Но Вакх решил остаться в моем храме как жрец Амона-Ра.

5. Поэтому я ушел, обуреваемый страстью, с девушками в Абиссинию; и там мы жили и радовались.

6. В избытке; да, в самом деле.

7. Я буду есть спелый и неспелый плод во славу Вакха.

8. Террасы падуба, ярусы оникса, опала и сардоникса, ведущие к прохладному зеленому малахитовому портику.

9. Внутри – хрустальная раковина, имеющая форму устрицы – О, слава Приапа! О, благословение Великой Богини!

10. В ней – жемчужина.

11. О, Жемчужина! Ты пришла от величия ужасного Амона-Ра.

12. И потом я, жрец, заметил ровный блеск в сердце жемчужины.

13. Такой яркий, что мы не могли смотреть! Но вот гляди! кроваво-красная роза на золотом сияющем распятии.

14. Так я поклонился Богу. Вакх! Ты возлюбленный моего Бога!

15. Я – тот, кто был жрецом Амон-Ра, который видел разливающийся Нил на протяжении многих лун, многих, многих лун, я – молодой олень серой земли.

16. Я устрою танцы на ваших тайных сборищах, и моя скрытая любовь доставит вам радость.

17. У тебя будет любовник среди повелителей серой земли.

18. Он даст тебе то, без чего все – напрасно; человеческая жизнь брошена на Мои Алтари за твою любовь.

19. Амен.

20. Пусть это случится скорее, О, Бог, О, мой Бог! Я истосковался по Тебе, я брожу одиноко среди безумной толпы по серой разоренной земле.

21. Ты установишь отвратительное одинокое Изваяние греха. Какая радость! класть этот краеугольный камень!

22. Оно будет воздвигнуто на высокой горе; только мой Бог станет беседовать с ним.

23. Я сделаю его из цельного рубина; и его увидят издалека.

24. Приди! Давай заденем сосуды земли: из них будет сочиться невиданное вино.

25. Будучи пролито моей рукой, оно закроет все небо.

26. Ты позади меня: я кричу от безумной радости.

27. И тогда сказал могущественный Туриель: Позволь и нам поклониться этому невидимому чуду!

28. Так они и сделали, и архангелы промчались по небу.

29. Странный и таинственный, словно желтый жрец, который вызывает неисчислимые перелеты громадных серых птиц с Севера, так и я стою сейчас и взываю к Тебе.

30. Пусть они не загораживают солнце своими крыльями и гомоном!

31. Убери форму и ее приверженцев!

32. Я успокоился.

33. Ты – словно скопа в рисе, я – огромный розовый пеликан в водах заката.

34. Я похож на черного евнуха; а ты – ятаган. Я рублю чью-то светлую голову, того, кто преломляет хлеб и соль.

35. Да! Я отсекаю – и кровь, словно закат на лазурите Королевской спальни.

36. Я отсекаю! Весь мир распадается, превращаясь в сильный ветер, и голос громко кричит на нечеловеческом языке.

37. Я знаю этот ужасный звук примитивной радости; давай отправимся на крыльях бури прямо к священному дому Хатхор; давай возложим на ее алтарь пять сокровищ коровы!

38. И снова нечеловеческий голос!

39. Я бросаю свое титаническое тело в пасть бури, я бьюсь и побеждаю, и парю над морем.

40. Вот странный бледный Бог; бог боли и смертного греха.

41. Моя душа жалит сама себя, словно скорпион, окруженный огнем.

42. Тому мертвенно-бледному Богу с недовольным лицом, тому Богу проницательности и смеха, тому молодому дорийскому Богу, ему я буду служить.

43. Потому как конец этого – невыразимая мука.

44. Лучше одиночество огромного серого моря!

45. Но беда приходит к людям серой земли, мой Бог!

46. Позволь мне засыпать их моими розами!

47. О, Ты, восхитительный Бог, улыбнись мрачно!

48. Я срываю Тебя, О, мой Бог, словно лиловую сливу с дерева, освещенного солнцем. Как Ты таешь во рту, Ты, священный сахар Звезд!

49. Перед моими глазами – абсолютно серый мир; он похож на старый потертый винный бурдюк.

50. Все вино из него – на этих губах.

51. Ты зачал меня на мраморной Статуе, о мой Бог!

52. Ледяное тело холодит холод миллиона лун; оно тверже адаманта вечности. Как я выйду на свет?

53. Ты – это Он, О, Бог! О, дорогой мой! мое дитя! моя забава! Ты – словно девичник, точно множество лебедей на озере.

54. Я ощущаю суть нежности.

55. Я тверд, силен и мужественен; но Ты приходи! Я буду мягким, слабым и женственным.

56. Ты раздавишь меня давильным прессом Своей любви. Моя кровь окрасит Твои пламенеющие ноги литаниями Любви в Мучениях.

57. Появятся новые цветы на полях, новый урожай на виноградниках.

58. Пчелы соберут новый мед; поэты споют новую песню.

59. Я получу Боль Козла в награду; и Бог, тот, что восседает на плечах Времени, задремлет.

60. Тогда все то, что написано, исполнится; да, исполнится.

IV

1. Я – словно девушка, купающаяся в чистом озере, наполненном свежей водой.

2. О, мой Бог! Я вижу, как Ты, таинственный и соблазнительный, поднимаешься из глубины, подобно золотой дымке.

3. Ты весь из золота; волосы, брови и сверкающее лицо; вплоть до кончиков пальцев рук и ног Ты – одна радужная золотая мечта.

4. Внезапно глубоко в Твоих золотых глазах появляется моя душа; словно архангел, угрожающий солнцу.

5. Мой меч пронзает Тебя насквозь и еще раз насквозь; прозрачные луны сочатся из Твоего прекрасного тела, которое заслоняют овалы Твоих глаз.

6. Глубже, еще глубже. Я падаю, подобно тому, как вся Вселенная проваливается в бездну Лет.

7. Ибо Вечность призывает; Небеса зовут; мир Слова ждет нас.

8. Хватит говорить, О, Бог! Вонзи клыки преследующей Вечности в мое горло!

9. Я – словно раненая птица, которая бессильно хлопает крыльями.

10. Кто знает, где я упаду?

11. О Благословенный! О, Бог! О, мой мучитель!

12. Дай мне упасть, упасть вниз, упасть прочь, далеко, одному!

13. Пусть я упаду!

14. И нет покоя нигде, О, Возлюбленный, ищи убежище в колыбели царственного Вакха, у чресла Святейшего.

15. Там отдыхай, под покровом ночи.

16. Уран упрекал Эроса; Марсий бросал вызов Олимпу; я упрекаю моего прекрасного возлюбленного, украшенного золотой гривой; не спеть ли мне?

17. Разве не соберут мои колдовские песни вокруг меня чудесную компанию древесных богов, с телами, блестящими помазанием лунного света, и меда, и мирры.

18. Вы, поклоняющиеся, О, возлюбленные мои; давайте отправимся в самую темную пещеру!

19. Там мы будем пировать на мандрагоре и траве моли! [Магическое растение, которое Гермес дал Одиссею, чтобы тот смог победить Цирцею – прим. переводчика].

20. Там один Влюбленный устроит для нас Свой священный пир. В поджаристых пшеничных лепешках мы почувствуем вкус всей пищи мира, и станем сильными.

21. Из проклятой и ужасной чаши смерти мы напьемся крови мира, и опьянеем!

22. Эге-гей! Песня для ИАО, песня для ИАО!

23. Приди, дай нам спеть для тебя, Иакх невидимый, Иакх торжествующий, Иакх несказанный!

24. Иакх, О, Иакх, О, Иакх, будь с нами!

25. И потом времена скрылись, и воссиял истинный свет.

26. И раздался некий крик на неизвестном языке, который пронзил стоячие воды моей души, так что мой ум и тело исцелились от своей болезни – самокопания.

27. Да, ангел возмутил воды.

28. Это был Его крик : IIIOOShBThIO-IIIIAMAMThIBI-II.

29. И не пел я этого тысячу раз за ночь на протяжении тысячи ночей до того, как Ты появился, О, мой пламенеющий Бог, и пронзил меня Своим копьем. Твои багряные одежды застилают небеса, так что Боги сказали: Все пылает – это конец.

30. Также Ты приложил уста свои к ране и высосал миллион яиц. И Твоя мать села на них, и вот! звезды и звезды, и самые запредельные Вещи, для которых звезды – атомы.

31. Потом я заметил Тебя, О, мой Бог, сидящего, словно белый кот, на ограде увитой зеленью беседки, и гул вращающихся миров был тебе в удовольствие.

32. О, белый кот! Искры летят от Твоей шерсти! Ты потрескиваешь, разделяя миры.

33. Ты в образе белого кота показал мне больше, чем я наблюдал в Видении Эонов.

34. Я путешествовал на лодке Ра, но во всей видимой Вселенной не нашел никого, подобного Тебе!

35. Ты – словно крылатый белый конь, и я гнал Тебя через вечность к Богу Богов.

36. И мы все еще скачем!

37. Ты – словно снежинка, падающая в сосновом лесу.

38. Через мгновенье Ты затерялся во множестве подобных и не похожих.

39. Но за снежной пеленой я заметил прекрасного Бога – и Им был Ты!

40. К тому же я прочел в огромной книге.

41. На древнем пергаменте было написано золотыми буквами: Verbum fit verbum. [Слово да будет словом]

42. А еще -Vitriol и имя иерофанта V.V.V.V.V.

43. Все это вращается в пламени, звездном огне, слабом, далеком и совершенно одиноком – точно как Ты и Я, О, покинутая душа, мой Бог!

44. Да, и надпись:


это хорошо. Это голос, который сотряс землю.

45. Он прокричал громко восемь раз, и восьмью и еще раз восьмью я подсчитаю Твои милости, О, Ты, Одиннадцатисложный Бог 418!

46. Да, и многим больше; десятью в двадцати двух направлениях; точно как перпендикуляр в Пирамиде – таковы будут Твои милости.

47. Если я сосчитаю их, они есть – Один.

48. Возвышена любовь Твоя, О, Господи! Ты обнаруживаешь себя тьмой, и тот, кто пробирается во мрак рощ, имеет возможность схватить Тебя, точно как змея, которая ловит маленькую певчую птицу.

49. Я поймал Тебя, о мой нежный дрозд! я – словно изумрудный ястреб; я инстинктивно хватаю Тебя, несмотря на то, что мои глаза слабеют от Твоей славы.

50. Но вот там – всего лишь глупцы. Я вижу их на желтом песке, одетых в пурпур из Тира.

51. Они вытаскивают своего сияющего Бога на землю в сетях; они разводят огонь для Господа Огня, и кричат бранные слова, и даже – грозное проклятие Amri maratza, maratza, atman deona lastadza maratza maritza – maran!

52. Потом они варят сияющего Бога и проглатывают его целиком.

53. Это злой народ, О, прекрасный мальчик, давай уйдем в Другой мир.

54. Давай поддадимся искушению, представим себя в соблазнительном образе!

55. Я буду – словно роскошная обнаженная женщина с грудью цвета слоновой кости и золотыми сосками; все мое тело будет подобно молоку звезд. Я буду привлекательной гречанкой, куртизанкой с Делоса, неспокойного острова.

56. Ты же будешь – словно красный червяк на крючке.

57. Но ты и я станем ловить нашу рыбку одинаково.

58. Потом ты будешь блестящей рыбой с золотой спиной и серебристым брюшком: я же буду – словно неистовый прекрасный мужчина, который сильнее, чем два быка, западным человеком, несущим великолепный мешочек драгоценностей на жезле, который больше, чем ось всего.

59. И рыба будет принесена Тебе в жертву, а сильный мужчина распят для Меня; и мы будем целоваться, и искупим несправедливость Первопричины; да, несправедливость Первопричины.

V

1. О, мой прекрасный Бог! Я плыву к сердцу Твоему, словно форель в горном потоке.

2. Я в радости перепрыгиваю из одной заводи в другую; я – красивый с оттенками коричневого, золотого и серебряного.

3. Пожалуй, я прекраснее, чем красновато-коричневые осенние леса во время первого снегопада.

4. Но хрустальный грот моих мыслей еще прекрасней меня.

5. Только одним рыболовным крючком можно вытащить меня – женщиной, стоящей на коленях на берегу ручья. Она поливает себя прозрачной росой, которая стекает на песок, так что река льется потоком дальше.

6. Вон там птица сидит на мирте; только пение этой птицы может выманить меня из заводи Твоего сердца, О, мой Бог!

7. Кто этот мальчишка-неаполитанец, который смеется от счастья? Его любовник – огромный кратер Горы Огня. Я видел его обуглившиеся концы, стекающие по склону бесшумными языками расплавленного камня.

8. И – Ох! стрекотание цикад!

9. Помню те дни, когда был я вождем племени в Мексике.

10. О, мой Бог, был ли Ты тогда, как сейчас, моим прекрасным любовником?

11. Было ли мое отрочество тогда, как и сейчас, Твоей забавой, Твоей радостью?

12. Поистине, я помню те суровые дни.

13. Я помню, как мы заливали горькие озера нашим потоком золота; как мы потопили драгоценный образ в кратере Ситлальтепетля.

14. Потом – как сильное пламя выгнало нас к низинам, оставляя нас в непроходимом лесу.

15. Да, Ты был странной ярко-красной птицей с золотым клювом. Я был твоим самцом в лесах низин; и всегда мы слышали вдали пронзительное песнопение искалеченных жрецов и безумный шум Жертвоприношения Девственниц.

16. Там был таинственный крылатый Бог, который раскрывал нам свою мудрость.

17. Мы дошли до того, чтобы стать звездными крупицами золотой пыли в песках медленной реки.

18. Да, и к тому же та река была рекой пространства и времени.

19. Там мы расстались; иногда приближаясь друг к другу, иногда отдаляясь сильнее, и так вплоть до сего дня, когда, О, милый Бог, мы снова стали сами собой, теми же самыми.

20. О, мой Бог, ты – словно маленький белый козлик с молнией в рогах!

21. Я люблю Тебя, я люблю Тебя.

22. Каждое дыхание, каждое слово, каждая мысль, каждое действие – акт любви с Тобой.

23. Стук моего сердца – маятник любви.

24. Песни мои – нежные вздохи:

25. Мысли мои – истинный восторг:

26. А мои дела – несметное число Твоих детей, звезды и атомы.

27. Пусть ничего не будет!

28. Пусть все вещи погрузятся в этот океан любви!

29. Да будет эта приверженность могущественному заклинанию, изгоняющему демонов Пяти!

30. Ах, Бог, все пропало! Ты лишаешь меня Своего восторга. Falutli! Falutli!

31. Остается торжественность тишины. Нет больше голоса.

32. Да будет так до конца. Мы – те, кто был пылью, но никогда уже не станем ею.

33. Да будет так.

34. Потом, О, мой Бог, – дуновение Сада Пряностей. Все они имеют отталкивающий душок.

35. Конус усечен бесконечным лучом; кривая гиперболической жизни дает начало бытию.

36. Нас несет все дальше и дальше; однако мы спокойны. Приверженность системам – вот что изживается в нас.

37. Первым отпадает глупый мир, мир старой серой земли.

38. Он падает невообразимо далеко, со своим печальным бородатым лицом, наблюдающим за всем; он постепенно исчезает в тишине и скорби.

39. Мы – для тишины и счастья, и лицо – смеющееся лицо Эроса.

40. Улыбаясь, мы приветствуем его тайными знаками.

41. Он ведет нас в перевернутый Дворец.

42. Здесь – Сердце Крови; пирамида, опускающаяся своей вершиной ниже Несправедливости Первоначала.

43. Похорони меня в Своей Славе, О, возлюбленный, О, царственный любовник распутной девицы, в самой Тайной Комнате Дворца!

44. Это сделано быстро; да, склеп опечатан.

45. Есть один, который сможет открыть его.

46. Ни памятью, ни воображением, ни молитвой, ни постом, ни карами, ни наркотиками, ни ритуалом, ни медитацией – только пассивной любовью сможет он открыть.

47. Он будет ждать меча Возлюбленного и обнажит свое горло для удара.

48. И тогда брызнет его кровь и начертит в небе руны для меня; да, в небе руны для меня.

VI

1. Ты был жрицей, О, мой Бог, у друидов; и мы знали силу дуба.

2. Мы построили для себя храм из камней в форме Вселенной, куда Ты направлялся открыто, а я пробирался тайно.

3. Там в полночь мы сотворили много удивительных вещей.

4. Мы трудились под убывающей луной.

5. Над равниной раздался ужасный волчий вой.

6. Мы ответили, мы охотились вместе со стаей.

7. Мы даже вошли в новую Часовню, и Ты унес Святой Грааль под Своими одеждами друида.

8. Тайно, украдкой мы выпили причастие, дающее знание.

9. Потом ужасная болезнь поразила народ серой земли, и мы возрадовались.

10. О, мой Бог, скрой Свою славу!

11. Приди, как вор, и давай украдем Таинства!

12. В наших рощах, в наших монашеских кельях, в наших сотах счастья, давай выпьем, давай выпьем!

13. Только вино окрашивает все истинным цветом вечного золота.

14. В этих песнях – глубокие тайны. Мало слышать птицу, чтобы наслаждаться песней, надо самому быть птицей.

15. Я – птица, а Ты – моя песня, О, мой великолепный скачущий Бог!

16. Ты натягиваешь поводья среди звезд; ты ведешь созвездия по семь в ряд через арену Небытия.

17. Ты – Бог-Гладиатор!

18. Я играю на своей арфе, Ты борешься со зверями и пламенем.

19. Ты черпаешь Свою радость из музыки, а я – из борьбы.

20. Ты и я – возлюбленные Императора.

21. Смотри! он пригласил нас на императорское возвышение. Наступила ночь; это великая оргия поклонения и блаженства.

22. Ночь падает, словно расшитая накидка с плеч князя на раба.

23. Он поднимается свободным человеком!

24. Сбрось же, О, пророк, накидку на этих рабов!

25. Великая ночь, с редкими огнями; но свобода – для раба, которого коснется ее слава.

26. Так и я спустился к огромному печальному городу.

27. Там мертвая Мессалина обменяла свою корону на яд мертвой Локусты; там расположился Калигула, и разбил волны забвения.

28. Кем был Ты, О, Цезарь, что смог узнать Бога в коне?

29. Ибо смотри! мы различили Белого Саксонского Коня, запечатленного на земле; и мы заметили Морских Коней, которые пламенеют рядом со старой серой землей, и пена из их ноздрей освещает нас.

30. Ах! Но я люблю Тебя, Бог!

31. Ты – словно луна над ледяным миром.

32. Ты – словно восход высочайших снегов над выжженными равнинами земли тигров.

33. Молчанием и словами я поклоняюсь Тебе.

34. Но все напрасно.

35. Я нужен только для того, чтобы поклоняться Твоему молчанию и Твоей речи.

36. Причитай, О, народ серой земли, ибо мы выпили твое вино и оставили тебе лишь горький осадок.

37. Однако из него мы перегоним для тебя напиток, превосходящий нектар Богов.

38. Есть польза от нашей тинктуры для мира Пряностей и золота.

39. Ибо наш красный алхимический порошок превосходит все.

40. Есть немного людей; и их достаточно.

41. У нас будет множество виночерпиев, а вина – без ограничений.

42. О, мой дорогой Бог! Что за праздник Ты устроил!

43. Вот – огни, и цветы, и девушки!

44. Вкус вина и печенья, и чудесной еды!

45. Вдохни ароматы и облака маленьких богов, похожих на древесных нимф, которые обитают в ноздрях!

46. Почувствуй всем телом прекрасную гладкость мраморной прохлады и щедрое тепло солнца и рабов!

47. Пусть Незримый наполнит все поглощающим Светом с его разрушительной силой!

48. Да! Весь мир расколот на части, подобно старому седому дереву от удара молнии!

49. Придите, О, Боги, и будем пировать.

50. Ты, О, мой дорогой, О, мой неугомонный Бог-Воробей, мой восторг, мое желание, мой обманщик, приди и чирикай на моей правой руке!

51. Это были воспоминания Аль А’ина, жреца; да, Аль А’ина, жреца.

VII

1. Горением ладана было открыто Слово, и легким наркотиком.

2. О, пища, и мед, и масло! О, прекрасный стяг луны, который она вывешивает в центре блаженства!

3. Они ослабляют повязки трупа; они развязывает ноги Осириса, так что пламенеющий Бог может в ярости пройти через небесную твердь со своим фантастическим копьем.

4. Но из чистого черного мрамора создана печальная статуя, а о том, как болят глаза, знают только слепые.

5. Мы понимаем восторг того разрушившегося мрамора, разбитого муками коронованного ребенка, золотым жезлом золотого Бога.

6. Мы знаем, почему все спрятано в камне, внутри гроба, в огромной гробнице, и мы также отвечаем: “Olalam! Imal! Tutulu!” – как это написано в древней книге.

7. Три слова той книги – словно жизнь для нового эона; ни один Бог не прочел ее полностью.

8. Но Ты и я, О, Бог, написали ее страница за страницей.

9. Это наше одиннадцатисложное прочтение Одиннадцатисложного слова.

10. Эти семь букв образуют вместе семь различных слов; каждое слово божественно, и в них скрыты семь предложений.

11. Ты и есть Слово, О, мой дорогой, мой господин, мой повелитель!

12. О, приди ко мне, смешай огонь с водой, и все испарится.

13. Я жду Тебя во сне и наяву. Я больше не взываю к Тебе; ибо Ты – во мне, О, Ты, который превратил меня в прекрасный инструмент, настроенный на Твой восторг.

14. Однако Ты всегда один, как и я.

15. Я помню тот священный день на закате года, в сумраке Равноденствия Осириса, когда я впервые разглядел Тебя в видимом обличье; когда впервые ужасное событье свершилось, а Некто Ибисоглавый заклинаниями остановил раздор.

16. Я помню Твой первый поцелуй, как о нем помнит девушка. И не было никого на темных улочках: Твои поцелуи остаются все такими же.

17. Нет никого кроме Тебя во всей Вселенной Любви.

18. Мой Бог, я люблю Тебя, О, козел с золочеными рогами!

19. Ты прекрасный бык Апис! Ты прекрасный змей Апоп! Ты прекрасное дитя Беременной Богини!

20. Ты разволновался во сне, О, древняя печаль лет! Ты поднял Свою голову, чтобы ударить, и все исчезло в Бездне Славы.

21. Конец буквам слов! Конец семичастной речи.

22. Дай мне превратить чудо всего этого в фигуру исхудавшего быстроногого верблюда, который шагает в песках.

23. Одинок он и отвратителен; однако он добился короны.

24. О, возрадуйся, возрадуйся!

25. Мой Бог! О, мой Бог! Я – лишь частица в звездной пыли веков, я Хозяин Тайны Всего.

26. Я Открывающий и Подготавливающий. Меч этот мой – и Митра и Крылатый Жезл.

27. Я Посвящающий и Разрушающий. Держава эта моя – и птица Бенну и Лотос Исиды, моей дочери.

28. Я – тот, Кто над этим всем; и у меня есть символы могущественной тьмы.

29. И среди них – символ безбрежного черного бушующего океана смерти и сияющего средоточия тьмы, распространяющего свою ночь на все.

30. Она поглотит ту, меньшую тьму.

31. Но в той глубине, кто ответит: Что это?

32. Не я.

33. Не Ты, О, Бог!

34. Приди, давай больше не будем тратить время на разговоры, когда мы вместе; давай наслаждаться! Давай будем самими собой, молчащими, особыми, разделенными.

35. О, уединенные леса мира! В каких укромных уголках спрячете вы нашу любовь?

36. Лес копий Наивысшего называется Ночь, и Гадес, и День Гнева; но я – его повелитель, и я несу чашу Его судьбы.

37. Не бойтесь меня и моих копьеносцев! Они убьют демонов своими маленькими пиками. И вы освободитесь.

38. Ах, рабы! А вы – нет, вы не стремитесь к этому.

39. Однако музыка копий моих станет песней свободы.

40. Огромная птица вырвется из бездны Радости, и в награду вы станете моими виночерпиями.

41. Приди, О. мой Бог, в последнем восторге давай достигнем мы Единения с Множеством!

42. В Молчании Всего, в Ночи Сил, выше проклятого царства Трех, давай насладимся нашей любовью!

43. Мой дорогой! Мой дорогой! Прочь, прочь от Общества и Закона, и Просвещения к Анархии одиночества и Тьмы!

44. Потому что тогда мы должны скрывать сияние нашего Я.

45. Мой дорогой! Мой дорогой!

46. О, мой Бог, но любовь во Мне разрывает оковы Пространства и Времени; моя любовь разлита среди тех, кому не нужна любовь.

47. Мое вино льется на тех, кто никогда не пробовал вина.

48. Винные пары опьянят их, а сила моей любви произведет могущественных детей от их девственниц.

49. Да! Без глотка, без объятий – и Голос ответил: Да! Быть посему.

50. Потом я искал Слово для Себя; да, для себя.

51. И Слово нашлось: О, Ты! Это хорошо. Не бойся ничего! Я люблю Тебя! Я люблю Тебя!

52. Потому и вера моя осталась со мной до конца; да, до конца.

© Перевод Soror N и Soror I.C. (PAN’S Asylum Lodge O.T.O.)

Comments are closed